Поиск по сайту

Затянувшаяся война в конце концов уничтожает и самого победителя
П. Коэльо, «Книга Воина Света»

Аналитика и интервью

31.03.2016
 «Рома и война. Ромские жители Восточной Украины, пострадавшие от войны: беженцы, переселенцы, жертвы насилия».
11.12.2015

Как это часто (вернее сказать, всегда) бывает с утопиями, едва приняв осязаемую форму, она обрекла себя на потерю смысла. Из своего рода манифеста человечества, отрезвлённого Второй Мировой, права человека превратились в инструмент силы. Начинаясь как благородные идеи, они превратились в набор догм, которыми успешно жонглируют касты «посвящённых» - юристы, дипломаты, политическая элита.
28.09.2015
29 сентября Кирсановский районный суд рассмотрит ходатайство о замене наказания экоузника Евгения Витишко штрафом. Перед судом Женю навестили в колонии и немного поговорили обо всём. Одинаковые двухэтажные здания из серого кирпича, два ряда забора с колючей проволокой, советский щит с фотографиями сытых коров и зрелой пшеницы, с надписью “Тебе, Родина, наш труд и вдохновенье!” - так выглядит колония-поселение №2 в посёлке Садовом Кирсановского района. Сотрудники узнают издалека и сами спрашивают: “Вы к Витишко?”.

ГРАЖДАНСКИЕ НОВОСТИ

24.05.2016
Проведите акцию солидарности в своем городе с 26 мая по 4 июня! Олег Сенцов, Александр Кольченко, Геннадий Афанасьев и Алексей Чирний уже два года находятся в российской неволе по сфабрикованному делу о “терроризме”. Мы считаем необходимым проявить солидарность с людьми, которые подверглись преследованиям за проукраинские взгляды, гражданскую позицию и стремление к свободе в оккупированном Россией Крыму.
31.03.2016
Поддержите кампанию АДЦ «Мемориал» "Солидарность с ромскими жителями Донбасса".
23.12.2015
 Европейский суд по правам человека вынес решение по жалобе Ирины Лыковой в интересах ее единственного сына. 24-летний Сергей Лыков погиб в сентябре 2009 года после того, как «добровольно», подписав признание в преступлении, «выпал» из окна пятого этажа воронежского отдела милиции. Европейский суд признал Россию виновной в нарушении статей Европейской Конвенции: право на жизнь, на запрет пыток, на эффективное расследование, на свободу и безопасность (ст. 2, 3, 5 ЕКПЧ).

НАША КНОПКА

Молодежное Правозащитное Движение

Москва готова

30 апреля в Москве завершился международный ЛГБТ-кинофестиваль «Бок о бок». Фестиваль проходит уже пятый год подряд, пока в нем участвовали пять городов: Санкт-Петербург, Томск, Архангельск, Кемерово, Новосибирск. Шестым стала Москва только в этом году. Организаторы утверждают, что лишь спустя довольно продолжительное время стало ясно, что столица готова к открытому культурному мероприятию, которое касается прав геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендеров. Об этом мы поговорили с учредителем фестиваля Мэнни дэ Гуэр и его директором Гулей Султановой.

В регионах «Бок о бок» принимали довольно сложно. Например, в 2008 году, когда фестиваль впервые проводили в Санкт-Петербурге, две площадки: «Сочи» и «The Place» были закрыты сотрудниками пожарной инспекции в день открытия кинофестиваля. В Архангельске и Кемерово в 2010 году залы отказывались как за несколько дней до начала фестиваля, так и за несколько часов. В Москве таких инцидентов не произошло. Не считая пикетирования православных активистов перед кинозалом «Фитиль», кафе «Билингва», центром им. Сахарова. Однако, жестокого противостояния не возникло. 

- Скажите, почему только спустя долгое время вы решили провести фестиваль в Москве? Ведь многие как раз идут от центра страны в регионы, а вы поступили наоборот.

Мэнни: Делая фестиваль, мы столкнулись с проблемой – агрессивной реакцией государства. Москва – это политический центр, поэтому нам была необходима сильная поддержка для того, чтобы сделать фестиваль тут. Четыре года мы добивались все большей поддержки со стороны посольства, консульства и российских организаций. В этом году мы почувствовали, что фестиваль может пройти без проблем. И все случилось довольно спокойно, а полиция вполне адекватно защищала нас.

- Может ли упроститься ситуация в других городах благодаря тому, что фестиваль в Москве прошел без проблем?

- Гуля. По нашему опыту – чем больше городов открыто и без проблем принимают наш фестиваль, тем легче нам работать в других городах. Эта тематика ЛГБТ становится нормальной и государство уже вынуждено с нами считаться. Они понимают, что ничего плохого не происходит: геи и лесбиянки не вышли голыми на улицу, процент гетеросексуалов в этих городах не уменьшился. В фестивале участвует много людей, даже из государственных организаций. То, что мы сейчас пришли в Москву и власти нас проглотили – это хороший сигнал к тому, чтобы нас приняли в других городах. Если же фестиваль запретить, то СМИ драматизируют информация об этом, якобы происходят гонения на фестиваль и нам надо сочувствовать. Так власти  понимают, что если запрещать, то выйдет дороже самим. У нас есть надежда, что после Москвы в следующем году к фестивалю прибавится еще один город, где власти будут более адекватные, чем, например, в Кемерово, Томске или Архангельске в первый год. А от всего остального можно защититься – у нас всегда есть внутренняя охрана. Или же приезжает полиция и честно выполняет свою работу.

- Фестиваль в Москве проходил только четыре дня – это оптимальный вариант для начала?
 

- Мэнни. В Питере фестиваль идет 10 дней, но там уже легче организовывать. В регионах четыре дня – это нормально. Мы показываем фильмы, которые получили наш главный приз в прошлом году, плюс проводим два-три круглых стола с дискуссиями, выставками. В Москве мы продолжим работать и через три-четыре месяца тут состоится специальный показ, чтобы было понятно, что «Бок о бок» остался здесь и тема ЛГБТ публично озвучивается.

- Гуля. После первого фестиваля в Питере мы думали: что же нам делать? Все площадки отказались, все получили давление. Сначала государственные, потом частный крупный кинотеатр, потом молодежные музыкальные клубы. И тогда мы поняли, что нужно подтягивать союзников, заявлять о себе, делать это чаще и больше. К тому же нужно внедряться в существующую правозащитную и культурную среду. В 2008 году ЛГБТ – была достаточно маргинальной темой даже в правозащитной среде и когда мы обращались в организации за помощью, то они в лучшем случае отмалчивались, а в худшем - говорили, что проблема ЛБТ к ним не относится. Сейчас мы начали включаться в правозащитные кинофестивали.

- Мэнни. Фестиваль стал поддерживать бизнес. В Питере это Женское такси, гостиница Астория.

- Гуля. Это значит, что бизнес понимает, что у нас что-то живое, к нам приходят люди, и имя спонсоров будет ассоциироваться с чем-то хорошим. Это определенный перелом в сознании. Ведь это люди с определенной гражданской позицией, но они не боятся поддерживать нас. И со партнерами мы работаем не разово, кто подключается – тот идет дальше с нами.

- Устроило ли вас количество посетивших фестиваль в Москве?
 

- Мэнни. Да. Обычно бывает 80-90 зрителей на каждом показе, то есть это полный зал. Мы не ожидали больше людей в первый раз. Это в Питере мы собираем больше 200 человек, но мы там уже четыре года. А здесь для первого раза – это супер. Я немного опасалась, что если будет угрожать опасность, то люди будут бояться приходить. Например, на открытии была полиция, а потом она может не прийти. Ничего, зрители ходят, присутсвие полиции не смущает – то есть это обычное дело. Причем, некоторые думают, что если есть полиция, то это клеевое мероприятие и тут надо быть!

- Чем вы руководствуетесь, когда выбираете фильмы на фестиваль? Я имею ввиду соотношение художественных, документальных и короткометражных фильмов.

- Мэнни. Я делаю программу, стараясь соблюсти баланс между разными жанрами: 40% игровых, 40% документальных, 20% короткометражных. Это обычный баланс для кинофестивалей.

- Гуля. Мы стараемся, чтобы к нам приходили для того чтобы, с одной стороны, смотреть хорошее кино, с другой стороны, чтобы узнать о важных вопросах, поэтому в программе должно быть разнообразие – не только серьезные фильмы. В документальных фильмах важно, чтобы были представлены все составляющие ЛГБТ – лесбиянки, геи, бисексуалы и трансендеры. Мы же не можем дискриминировать какую-то из этих групп. Да и для зрителей это тоже интереснее. Например, сегодня, в последний день фестиваля, был показан фильм «Водяные лилии» - о поиске идентичности, первой любви. После этого был фильм «Сожалеющие» о пожилых людях, которые прожили долгую жизнь, сменили пол и теперь снова пришли к мыслям о том, кто они, какой у них гендер. Программа составлена таким образом, чтобы можно было привлечь и молодых людей, и людей в возрасте, которых интересуют уже другие темы.

- Кажется, что о трансгендерах даже в сообществе ЛГБТ говорят меньше, чем об остальных. Это так?

- Мэнни. Мы всегда хорошо представляем темы трансгендеров. В этом году у нас был полный сборник полнометражных фильмов о них. Мы часто организуем обсуждения, выпускаем специальную литературу, которая распространяется бесплатно.

- Гуля. В ЛГБТ организациях чаще всего больше представлены лесбиянки и геи, а трансендеров очень мало. Как мне кажется, потому что нет яркого трансендерного активиста. Ведь представители своего гендера лучше понимают проблемы и сложности, свойственные своей группе, и как привлечь людей, чем остальные. Например, в питерской организации «Выход» есть программа «Transgender in action», там, как говорят у нас, действуют два с половиной трансгендера, потому что руководит этим совершенно не трансгендерный человек. Это движение будет развиваться, когда будут активные трансгендеры и тогда нам самим будет легче. Точно так же как и гетеросексуалам чтобы бороться за права ЛГБТ нужны сами ЛГБТ.

- Хотела бы затронуть тему просвещения журналистов в вопросах ЛГБТ, о которой говорили на дискуссии «Гендерная дискриминация в российских СМИ» в рамках фестиваля. Как вы сами считаете, стоит ли работать с самими журналистами в этом плане и как это делать лучше?

- Гуля. Я считаю, что это необходимо, но довольно сложно. В «Выходе» мы регулярно делаем такие семинары, на которые приходит немного человек – от пяти до десяти. Но, во всяком случае, мы уверены, что после этого они точно будут больше понимать, и не будут писать гомофобные тексты. Сейчас мы думаем о смене тактики, то есть не просто приглашать журналистов, а внедряться в какие-то редакции. Конечно, не в назидательной форме, а просто предоставить чуть больше информации. Например, газета «Метро» как сумасшедшая пишет о ЛГБТ. Круто, если они будут использовать правильную терминологию, не использовать язык вражды, понимать в чем смысл ЛГБТ-движения. Например, даже на нашей дискуссии журналист «Коммерсанта» Валерий Панюшикин упомянул о том, что в Библии якобы сказано, что гомосексуальность – это грех. А между тем это совсем не так! Он об этом не знал. Поэтому даже такие открытые и умные люди как Панюшкин думают, что верующие не могут признать гомосексуальность. Но это ерунда – уже очень много религий признало это, уже много священников является открытыми геями и лесбиянками. Если образованные люди не знают таких вещей, то что говорить о необразованных? Просвещение журналистов – это очень важно, просто нужно воплощать это в адекватные формы, например, пресс-показы в рамках фестиваля. Упаковать так, чтобы не было назидания.

Виолетта Токарева