Analytics and Interview

22.01.2015
On 16 January 2015 late in the evening the website of the Ministry of Justice published a statement that the NGO Committee Against Torture had been added to the register of non-profit organizations designated as ‘foreign agents’.
22.05.2014
Tanya Lokshina is the Russia program director at Human Rights Watch and Honorary Participant of International Youth Human Rights Movement: As the crisis in Ukraine escalated this spring, the Kremlin’s vicious crackdown on civil society also escalated. Space for independent civic activity in Russia is shrinking dramatically, but international policymakers and the media have been understandably too distracted to do much about it. Since early spring, it seems as though every week brings a new pernicious law or legislative proposal.
28.11.2013
Earlier this year, the correspondent of Youth Human Rights Movement from Germany Jakob Stürmann interviewed Konstantin Baranov, member of the Coordination Council of the International Youth Human Rights Movement. They discussed so called “law against homosexual propaganda” and the overall situation of LGBT in Russia.  

Search on site

CIVIL NEWS

24.05.2016
Oleg Sentsov, Olexander Kolchenko, Hennadiy Afanasiev and Oleksiy Chyrniy have been held in Russian jails for two years already under fabricated charges of ‘terrorism’. We consider it being necessary to express solidarity with those who are persecuted due to their pro-Ukrainian views, civic stand and desire for freedom in Russia-annexed Crimea.
07.02.2015
Helsinki Committee of Armenia has published “Human Rights in Armenia 2014” Annual Report. The report reflects on the Right to Freedom of Speech, Freedom of Peaceful Assembly and Association, Torture, Inhuman or Degrading Treatment, Political Persecutions, Freedom of Conscience and Religion, The Rights of the Child, Protection of Labor Rights.
03.02.2015
«We have a few questions for you,» a border guard told Sinaver Kadyrov, a Crimean Tatar activist, at the Armyansk checkpoint in northern Crimea on Jan. 23. Kadyrov was on his way to Kherson, in southern Ukraine, to fly to Turkey for medical treatment. It was the beginning of an ordeal that ended with a local court expelling him from Crimea, his home of almost 25 years.

Whenever you find yourself on the side of the majority It is time to sit back and reflect.

Mark Twain

OUR BUTTON

Youth Human Rights Movement

Москва готова

30 апреля в Москве завершился международный ЛГБТ-кинофестиваль «Бок о бок». Фестиваль проходит уже пятый год подряд, пока в нем участвовали пять городов: Санкт-Петербург, Томск, Архангельск, Кемерово, Новосибирск. Шестым стала Москва только в этом году. Организаторы утверждают, что лишь спустя довольно продолжительное время стало ясно, что столица готова к открытому культурному мероприятию, которое касается прав геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендеров. Об этом мы поговорили с учредителем фестиваля Мэнни дэ Гуэр и его директором Гулей Султановой.

В регионах «Бок о бок» принимали довольно сложно. Например, в 2008 году, когда фестиваль впервые проводили в Санкт-Петербурге, две площадки: «Сочи» и «The Place» были закрыты сотрудниками пожарной инспекции в день открытия кинофестиваля. В Архангельске и Кемерово в 2010 году залы отказывались как за несколько дней до начала фестиваля, так и за несколько часов. В Москве таких инцидентов не произошло. Не считая пикетирования православных активистов перед кинозалом «Фитиль», кафе «Билингва», центром им. Сахарова. Однако, жестокого противостояния не возникло. 

- Скажите, почему только спустя долгое время вы решили провести фестиваль в Москве? Ведь многие как раз идут от центра страны в регионы, а вы поступили наоборот.

Мэнни: Делая фестиваль, мы столкнулись с проблемой – агрессивной реакцией государства. Москва – это политический центр, поэтому нам была необходима сильная поддержка для того, чтобы сделать фестиваль тут. Четыре года мы добивались все большей поддержки со стороны посольства, консульства и российских организаций. В этом году мы почувствовали, что фестиваль может пройти без проблем. И все случилось довольно спокойно, а полиция вполне адекватно защищала нас.

- Может ли упроститься ситуация в других городах благодаря тому, что фестиваль в Москве прошел без проблем?

- Гуля. По нашему опыту – чем больше городов открыто и без проблем принимают наш фестиваль, тем легче нам работать в других городах. Эта тематика ЛГБТ становится нормальной и государство уже вынуждено с нами считаться. Они понимают, что ничего плохого не происходит: геи и лесбиянки не вышли голыми на улицу, процент гетеросексуалов в этих городах не уменьшился. В фестивале участвует много людей, даже из государственных организаций. То, что мы сейчас пришли в Москву и власти нас проглотили – это хороший сигнал к тому, чтобы нас приняли в других городах. Если же фестиваль запретить, то СМИ драматизируют информация об этом, якобы происходят гонения на фестиваль и нам надо сочувствовать. Так власти  понимают, что если запрещать, то выйдет дороже самим. У нас есть надежда, что после Москвы в следующем году к фестивалю прибавится еще один город, где власти будут более адекватные, чем, например, в Кемерово, Томске или Архангельске в первый год. А от всего остального можно защититься – у нас всегда есть внутренняя охрана. Или же приезжает полиция и честно выполняет свою работу.

- Фестиваль в Москве проходил только четыре дня – это оптимальный вариант для начала?
 

- Мэнни. В Питере фестиваль идет 10 дней, но там уже легче организовывать. В регионах четыре дня – это нормально. Мы показываем фильмы, которые получили наш главный приз в прошлом году, плюс проводим два-три круглых стола с дискуссиями, выставками. В Москве мы продолжим работать и через три-четыре месяца тут состоится специальный показ, чтобы было понятно, что «Бок о бок» остался здесь и тема ЛГБТ публично озвучивается.

- Гуля. После первого фестиваля в Питере мы думали: что же нам делать? Все площадки отказались, все получили давление. Сначала государственные, потом частный крупный кинотеатр, потом молодежные музыкальные клубы. И тогда мы поняли, что нужно подтягивать союзников, заявлять о себе, делать это чаще и больше. К тому же нужно внедряться в существующую правозащитную и культурную среду. В 2008 году ЛГБТ – была достаточно маргинальной темой даже в правозащитной среде и когда мы обращались в организации за помощью, то они в лучшем случае отмалчивались, а в худшем - говорили, что проблема ЛБТ к ним не относится. Сейчас мы начали включаться в правозащитные кинофестивали.

- Мэнни. Фестиваль стал поддерживать бизнес. В Питере это Женское такси, гостиница Астория.

- Гуля. Это значит, что бизнес понимает, что у нас что-то живое, к нам приходят люди, и имя спонсоров будет ассоциироваться с чем-то хорошим. Это определенный перелом в сознании. Ведь это люди с определенной гражданской позицией, но они не боятся поддерживать нас. И со партнерами мы работаем не разово, кто подключается – тот идет дальше с нами.

- Устроило ли вас количество посетивших фестиваль в Москве?
 

- Мэнни. Да. Обычно бывает 80-90 зрителей на каждом показе, то есть это полный зал. Мы не ожидали больше людей в первый раз. Это в Питере мы собираем больше 200 человек, но мы там уже четыре года. А здесь для первого раза – это супер. Я немного опасалась, что если будет угрожать опасность, то люди будут бояться приходить. Например, на открытии была полиция, а потом она может не прийти. Ничего, зрители ходят, присутсвие полиции не смущает – то есть это обычное дело. Причем, некоторые думают, что если есть полиция, то это клеевое мероприятие и тут надо быть!

- Чем вы руководствуетесь, когда выбираете фильмы на фестиваль? Я имею ввиду соотношение художественных, документальных и короткометражных фильмов.

- Мэнни. Я делаю программу, стараясь соблюсти баланс между разными жанрами: 40% игровых, 40% документальных, 20% короткометражных. Это обычный баланс для кинофестивалей.

- Гуля. Мы стараемся, чтобы к нам приходили для того чтобы, с одной стороны, смотреть хорошее кино, с другой стороны, чтобы узнать о важных вопросах, поэтому в программе должно быть разнообразие – не только серьезные фильмы. В документальных фильмах важно, чтобы были представлены все составляющие ЛГБТ – лесбиянки, геи, бисексуалы и трансендеры. Мы же не можем дискриминировать какую-то из этих групп. Да и для зрителей это тоже интереснее. Например, сегодня, в последний день фестиваля, был показан фильм «Водяные лилии» - о поиске идентичности, первой любви. После этого был фильм «Сожалеющие» о пожилых людях, которые прожили долгую жизнь, сменили пол и теперь снова пришли к мыслям о том, кто они, какой у них гендер. Программа составлена таким образом, чтобы можно было привлечь и молодых людей, и людей в возрасте, которых интересуют уже другие темы.

- Кажется, что о трансгендерах даже в сообществе ЛГБТ говорят меньше, чем об остальных. Это так?

- Мэнни. Мы всегда хорошо представляем темы трансгендеров. В этом году у нас был полный сборник полнометражных фильмов о них. Мы часто организуем обсуждения, выпускаем специальную литературу, которая распространяется бесплатно.

- Гуля. В ЛГБТ организациях чаще всего больше представлены лесбиянки и геи, а трансендеров очень мало. Как мне кажется, потому что нет яркого трансендерного активиста. Ведь представители своего гендера лучше понимают проблемы и сложности, свойственные своей группе, и как привлечь людей, чем остальные. Например, в питерской организации «Выход» есть программа «Transgender in action», там, как говорят у нас, действуют два с половиной трансгендера, потому что руководит этим совершенно не трансгендерный человек. Это движение будет развиваться, когда будут активные трансгендеры и тогда нам самим будет легче. Точно так же как и гетеросексуалам чтобы бороться за права ЛГБТ нужны сами ЛГБТ.

- Хотела бы затронуть тему просвещения журналистов в вопросах ЛГБТ, о которой говорили на дискуссии «Гендерная дискриминация в российских СМИ» в рамках фестиваля. Как вы сами считаете, стоит ли работать с самими журналистами в этом плане и как это делать лучше?

- Гуля. Я считаю, что это необходимо, но довольно сложно. В «Выходе» мы регулярно делаем такие семинары, на которые приходит немного человек – от пяти до десяти. Но, во всяком случае, мы уверены, что после этого они точно будут больше понимать, и не будут писать гомофобные тексты. Сейчас мы думаем о смене тактики, то есть не просто приглашать журналистов, а внедряться в какие-то редакции. Конечно, не в назидательной форме, а просто предоставить чуть больше информации. Например, газета «Метро» как сумасшедшая пишет о ЛГБТ. Круто, если они будут использовать правильную терминологию, не использовать язык вражды, понимать в чем смысл ЛГБТ-движения. Например, даже на нашей дискуссии журналист «Коммерсанта» Валерий Панюшикин упомянул о том, что в Библии якобы сказано, что гомосексуальность – это грех. А между тем это совсем не так! Он об этом не знал. Поэтому даже такие открытые и умные люди как Панюшкин думают, что верующие не могут признать гомосексуальность. Но это ерунда – уже очень много религий признало это, уже много священников является открытыми геями и лесбиянками. Если образованные люди не знают таких вещей, то что говорить о необразованных? Просвещение журналистов – это очень важно, просто нужно воплощать это в адекватные формы, например, пресс-показы в рамках фестиваля. Упаковать так, чтобы не было назидания.

Виолетта Токарева